Великая Россия фальсифицирует обвинения
Мистицизм

Мистика как основание обвинения

Уважаемые читатели! Ознакомившись с материалами нашего исследования, Вы убедитесь, что уголовное дело Грабового Г.П. сфальсифицировано. Верим, Вы примете нашу позицию: государство и его чиновники, которые обвиняют и судят без соблюдения установленных законом процедур и правил, т.е. попирают Конституцию и Законы, представляют угрозу для общества.

Впервые в новейшей истории Европы, а может и мира, государство (Российская Федерация) признало, что хотя его следователи, прокуроры и судьи не в состоянии установить преступников, зато они имеют экстрасенсорные способности, а поэтому могут слышать неслышимое и видеть невидимое. Этот свой бесценный дар чиновники выразили в формуле обвинения: «При неустановленных следствием обстоятельствах, в неустановленное время... Грабовой Г.П. вступил в преступный сговор с неустановленными лицами...», вместе с ними «согласовал, спланировал, обговорил, распределил роли...» Следователь, прокуроры и суд обвинили Грабового Г.П. в обещании воскресить людей, а сами подумали: «Зачем обещать, если реально можно сделать невероятное!»

И действительно, они превзошли Грабового Г.П., даже если допустить, что он обещал воскрешение, причем физическое, а не духовное. Превзошли потому, что не только «воскресили» виртуальных, неустановленных преступников, но и сумели услышать голоса их теней: как эти тени согласовали единый умысел, планировали и разрабатывали механизм совершения преступлений, распределяли между собой функции и роли, отводили роль для самого Грабового Г.П., обговаривали меры по сокрытию преступлений и воспрепятствованию правоохранительным органам в ее выявлении». Нам, простым людям, остается только порадоваться за новых пинкертонов, которые спланированные неустановленными лицами «меры воспрепятствования правоохранительным органам» порвали, словно Гулливер путы лилипутов. Порадоваться за открытия госчиновников в области следственно-судебной мистики, введение в криминальное судопроизводство новых понятий, получивших название «нетрадиционная уголовная юстиция» и «акты нетрадиционной уголовной юстиции», а также поблагодарить «нетрадиционщиков» за предоставленный пример, на котором в обозримом будущем будут учиться студенты юридического профиля тому, до чего могут довести безответственность, непрофессионализм, аморальность и должностное злоупотребление в криминальном процессе, полная автономия и независимость следствия и суда от, видимо, отсутствующих институтов гражданского общества, закона, Конституции. Еще раз подчеркнем следующее: Грабовой Г.П. отрицает, и это подтверждается материалами уголовного дела, существование какой-либо организованной, либо неорганизованной группы. Следствие и суд не установили и не пытались установить иных лиц, кроме всем известных людей, сотрудничавших с Грабовым Г.П., а также сговоры ввиду их отсутствия. В таком случае, современные знания землян не могут объяснить, как следствие и суд могли узнать, что Грабовому Г.П. его неизвестные соучастники определили роли, что они вместе обговорили меры сокрытия преступлений и т.д. Умом этого не понять. Здесь на первый план выходит телепатия, мистика и ее верные оруженосцы в лице следователей, прокуроров и судей.

Предполагаемое исследование имеет особенность - его соавторы имеют разные позиции в оценке уголовного дела по обвинению Грабового Г.П. Так, Морозкина Н.Р. верит в абсолютную невиновность Грабового Г.П.. Иванова В.П. и Яковлеву B.C. интересует только юридическая сторона дела. Они, в частности, ищут ответ на вопрос: «Зачем такое простое для расследования уголовное дело фальсифицировать?» От следователя и суда требовалось только одно - на основе очевидных фактических обстоятельств установить характер правоотношений (уголовно-правовые либо гражданско-правовые), найти нормы закона, которые эти правоотношения регулируют. Для этого, кроме допросов, приобщения документов к нему, необходимо было провести религиоведческую экспертизу для оценки духовной составляющей лекций, семинаров и книг Грабового Г.П. Ее наличие подтверждается и приговором суда. Вторая экспертиза, если этого очень хотело следствие -психологическая, хотя не исключалось проведение и социально-психологической. Поскольку научно-методические основы последней экспертизы еще не разработаны, ее проведение следовало поручить академическим НИИ с привлечением видных ученых. Они могли параллельно с проведением экспертизы исследовать связанные с ней научно-методические вопросы и доказать, что результаты такой экспертизы надёжны для целей уголовного судопроизводства, т.е. для оправдания, либо обвинения человека. Следствие нашло «своих» экспертов, неизвестных в профильных научных кругах, которые, если судить по итогам, не имели представления о судебной экспертизе. Подготовленное ими Заключение по форме напоминает статью по материалам журналистского расследования, а еще больше - донос, о чем будет информация в дальнейших разделах настоящей работы. Итак, все уголовное дело - это показания, документы и заключения надежных, профессиональных экспертиз. Все понятно. Нужны элементарные усилия, а не фальсификации. Почему все делалось наоборот? Возможно, была боязнь, что не получится «посадить» Грабового Г.П.? Может быть, упрощенные, антиконституционные пути обвинений стали привычными? Не знаем. Знать об этом полагается должностным лицам и органам, которые определены законами РФ. Мы анализируем только одно уголовное дело, хотя оно и прошло через руки многих прокуроров и судей.

Отличие психолого-правовых позиций соавторов объясняет, почему они не пытаются анализировать вопросы невиновности, либо виновности Грабового Г.П. Еще раз повторим: исследователей интересует другое - почему сфальсифицированы все основные процессуальные документы уголовного дела? Почему сфальсифицировано главное, а, по сути, единственное доказательство - Заключение Комплексной социально-психологической экспертизы? Почему суды «освятили» фальсификацию именем Великой России, именем славной, хотя периодами и очень сложной истории ее народа, несправедливого сегодняшнего дня и туманного будущего. Несправедливого потому, что общенародные богатства - и природные, и созданные поколениями россиян, ныне оказались во владении не славян, а представителей некоренной нации и чужестранцев. Что осталось у славян, право-и-этнопреемников предыдущих поколений? Ничего. Они, на своей обильно политой кровью и потом дедов, прадедов земле, превращены в электорат для политических манипуляций. Туманного будущего потому, что славян-россиян ООН признала вымирающей нацией. Одну из самых молодых наций. Вымирающей - не от тысячелетней дряхлости, а от несправедливой организации жизни, общественного и государственного устройства. Раз так, зачем перетруждаться следователям, прокурорам... Тюрьмы ускорят процесс вымирания. Контроля и наказания за соблюдением законов нет. Одни заняты переделом собственности, обеспечением собственного благополучия, политической борьбой, другие - выживанием. Следствие и суд автономны в механизме государства, они независимы, до них, а в итоге - до человека, оказавшегося в жерновах государственной карательной машины, никому нет дела.

Читатель обратит внимание и на то, что авторы могли сосредоточиться на юридической оценке очевидного: проведение семинаров на основании договоров ведет к возникновению не уголовно-правовых, а гражданско-правовых, отношений между организаторами и участниками этих семинаров. Грабовой Г.П. на этих семинарах выступал просто как лектор, как духовный проповедник. Нам несравненно легче доказать, что лектор, проповедник и мошенник не одно и то же, чем следователю доказать обратное, какие фальсификации он бы ни использовал. Однако поиск путей оправдания Грабового Г.П., даже если эти пути с формально-правовой точки зрения очевидны, вести не будем. Жизнь усложнилась, а ее углы очень заострены. Найти человека без греха и без ошибок тяжело. Как правило, чем больше должность, прав, тем больше грехов, часто выдаваемых за достижения. Поэтому для авторов, как и для каждого думающего человека, сейчас важнее другое. Фальсификация легко «прошла» в отношении публичного Грабового Г.П., в защиту которого на протяжении почти трех лет выступают тысячи людей в России и других государствах. На месте Грабового Г.П. могут оказаться, и видимо оказываются, менее защищенные люди, дела и судьбы которых не выходят за пределы кабинетов следователей и пустых залов судебных заседаний. Их участи не позавидуешь. Об этом свидетельствуют многочисленные сообщения СМИ, Интернет-сайтов, выступления политиков и общественных деятелей. В орбиту уголовной юстиции попадают и люди, действительно нарушившие закон. Однако кто выясняет важнейшие детали дела, полную правду, если без этого можно обойтись, «протолкнув» через суд любой обвинительный полуфабрикат? Очевидно, что «в руках» следствия, а потом суда оказываются невиновные. После задержания человека карательную машину ничто не остановит, и несчастный «пойдет по накатанной дорожке» через обвинение, обвинительное заключение и обвинительный приговор в места отбывания лишения свободы. Этого быть не должно. В правовом государстве любой преступник, в т.ч. убийца, должен иметь гарантированное, а не формально провозглашенное право на рассмотрение его дела в соответствии с установленными законом процедурами, а значит, на приговор, который не вызывает сомнений в своей законности и объективности. Только в этом случае может быть гарантия безопасности от своеволия властей для каждого россиянина.

В борьбе с современной инквизицией важное место принадлежит гласности. Новые инквизиторы, если они не выполняют высокий заказ, гласности боятся. Имеем надежду, что настоящий материал вооружит читателя определенными знаниями о способах фальсификаций уголовных дел и отдельных процессуальных действий и возможностях защиты от этих фальсификаций. Народная мудрость гласит: «От сумы и от тюрьмы не зарекайся». В обществе, где возможен приговор на основе явно сфальсифицированных доказательств, нужно быть готовым к защите от необоснованных обвинений. Пусть судьба будет к Вам, дорогие читатели, благосклонна и втирающий в асфальт каток «нетрадиционной» уголовной юстиции не встретится на Вашем пути!

Закон

В правовом государстве правовой беспредел

Изучив Конституцию, уголовное и уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации, исследователь не обнаружит в них чего-то явно дискриминационного, контрастных обвинительных перекосов. Прежде всего, Российская Федерация Конституцией провозглашена демократическим правовым государством (ст. 1).
Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры России являются составной частью ее правовой системы (ч. 4 ст. 15 Конституции). В УПК РФ закреплены демократические принципы уголовного судопроизводства (гл. 2).

Возникает вопрос: как и почему стала возможной фальсификация уголовного дела Грабового Г.П.? Возможно, это единичный политический либо еще какой-нибудь заказ, выполненный непрофессионально. Очень вероятно. В пользу этой версии свидетельствует наше специальное исследование в октябре 2008 г. Было установлено, что тема «Грабовой воскрешает детей Беслана» конвейерным способом, с повторением, дублированием и не оговоренным использованием одного и того же материала, была подхвачена практически большинством СМИ России, чего раньше никогда не было, хотя сверхактуальных проблем возникало множество. В кампанию были задействованы представители властей. Был ли политический заказ - рано или поздно станет известно, хотя многие россияне в этом не сомневаются и сейчас.

К сожалению, нарушений законов, как сообщают СМИ, в правоохранительной деятельности много. Они начинаются от «охоты» милиционеров на вокзалах за возвращающимися с сезонных работ бедняками и взимания с них поборов, продолжаются в кабинетах следователей, прокуроров, помещениях судов. Анализ информации, специальной литературы, выступлений политических и общественных деятелей России свидетельствует, что в период дележа госсобственности, первоначального накопления капитала, разгула преступности и разложения государственного аппарата (90-е годы), сосредоточения внимания на централизации и усилении центральной власти, политической борьбе и политической структуризации общества, нового передела собственности (2000 - 2008 г.г.) в правоохранительной системе произошла существенная депрофессионализация и опасная автономизация. Правоохранительная и судебная системы, особенно на низовом уровне, часто выступают как объединенная корпоративными интересами сила. Исследователи отмечают, что эта система в основном реагирует на собственный интерес и ради бумажных показателей деятельности. Факт задержания лица по подозрению в совершении преступления почти неизбежно ведет к обвинительному приговору. Система не признает своих ошибок, и найти в ней справедливость чрезвычайно сложно. Под «каток» этой системы попал Грабовой Г.П., и с момента незаконного задержания он был обречен, даже если не было заказа на его изоляцию. Правда, у неискушенного человека возникает вопрос: «А как же закон?» Ответ может быть таким: «Конституция, демократические принципы судопроизводства, как видно, в большей степени парадная вывеска, чем императив». В УПК немало норм-лазеек для нарушений, в том числе устанавливающие право следователей, прокуроров и судей на следственно-судебные ошибки без всякой ответственности. Правоприменителям остается только действовать, «творить», что они временами и делают, превращаясь в современных инквизиторов.

Кроме законов и органов их применения, есть еще один, более общий и глобальный фактор, который не позволит навести порядок в правоохранительной и судебной системах РФ. Он касается власти России и внешнего на нее влияния. Для освещения этого пункта исследования воспользуемся материалами ученых с Украины. Они отмечают, что в последние годы в РФ произошло общее усиление и стабилизация политической власти, и она временно овладела относительно сильными и эффективными рычагами влияния на общество и оппонентов. Исследования показывают, что эта стабилизация, если ситуация существенно не изменится, является временной по следующим причинам: политика - это надстройка над экономическим базисом, а экономика и экономическая власть в России уже не принадлежат коренному этносу - славянам; чужая для славян экономическая власть «пустила глубокие корни» в политические институты власти; славянский компонент экономической власти также принимает участие в присвоении общенациональных богатств России, что ведет к его разложению и последующему открытому и почти полному переходу в антинародный лагерь крупных собственников.

Руководитель Исследовательского коллектива
В.И. Перец