За что преследуют Григория Грабового
Зона

В обществе потребления, где люди – это часть экономики смерти, где самый доходный бизнес связан с уничтожением человека, с оружием и наркотиками, с болезнями и погребальными услугами, – утверждение культуры жизни, манифестация человека-созидателя, мало приветствуется. Более того, целенаправленно уничтожается на государственном уровне.

Немного истории... не менее печальной

В годы сталинских репрессий был такой орган – Особое Совещание, который выносил приговоры, в том числе и смертные тогда, когда не было никаких доказательств вины. Этот орган существовал с 1934 по 1953 год. Особое Совещание работало с размахом. Бывали случаи, когда за одно заседание было осуждено 980 человек. Как же оно успевало вникнуть в дело, решить судьбу? Оно и не пыталось ни вникать, ни решать. До сих пор в наших органах Внутренних дел бытует такая поговорка, которая сложилась в те годы: был бы человек, а статья найдется.

В годы большого террора в 1937-1938 годах началась кампания по поимке националистов и шпионов. Многих людей нерусской национальности арестовывали без всяких компрометирующих материалов, причем, арестовывали и расстреливали целыми семьями. В одном из документов милиционер, которому пришла разнарядка на арест греков, жалуется: «Где же я возьму столько греков? Нету у меня греков». В таких случаях следователи шли на фальсификацию документов. Например, в справке на арест указывали не подлинную национальность человека, а ту, которая требовалась для ареста. Когда знакомишься с документами того времени, то невольно задаешься вопросом: а знали ли руководители государства, работники суда, прокуратуры такие понятия, как права человека, свобода слова, правовое государство, или за своей безграмотностью они этим не владели? Оказывается, что они знали эти понятия, но имели свое специфическое, чисто большевистское отношение к ним.

Примерно такое же, как у их преемника – корреспондента «Комсомольской правды» Владимира Ворсобина. Он искренне считает, что делает правое дело. И здесь мы имеем дело со всеми признаками тоталитарной эпохи, когда внесудебные органы в лице отдельных личностей наделялись правом репрессий вплоть до расстрела. Теперь это право за собой оставляют СМИ, в лице «потерпевших».

Владимир ВОРСОБИН, журналист: « ...когда у людей горе и этих людей еще и грабят, то это больше, чем уголовное дело. Мне кажется, после таких деяний его ждет кара Господня». Роль исполнителей «кары Господней», похоже, взял на себя Таганский районный суд города Москвы в лице «святой Троицы» – коллегии из трёх судей: Натальи Владимировны Коноваловой, Елены Алексеевны Ивановой, Михаила Юрьевича Казакова...

Социально-психологическая экспертиза, или Нулевая выборка

Что касается социально-психологической экспертизы, на которую ссылается господин Ворсобин (господин тоже от слова Господь... ещё один), и которая легла в основу обвинения и выводов суда о якобы имевшем место психологическом воздействии, то, как отметила в своём выступлении на суде эксперт, социолог Санкт-Петербургского Университета Галина Зиброва, «поскольку судебная экспертиза строится по определённым законам и принципам, в данном случае мы имеем дело с отсутствием и научного подхода, и юридической обоснованности».

Галина Зиброва, кафедра экономической социологии, Санкт-Петербургский Государственный Университет: Случай его одиозного преследования будет как раз неким первотолчком для оздоровления внутренней ситуации в социуме.

«Если отметить только наиболее серьёзные проблемы этого документа, то для того чтобы давать какие либо заключения при проведении социологической экспертизы, необходимо провести опрос. Здесь мы имеем дело с нулевой выборкой. Ни один человек не был опрошен, и это означает, что никого они не обследовали и никаких медицинских документов они не рассматривали. Всё, что они рассматривали, - это статьи из газет, которые написали люди, не имеющие никакого отношения к движению Грабового или его технологиям.

Что касается экспертов, то у них на двоих только и есть, что одна кандидатская диссертация по истории. Хотя они пытались проанализировать деятельность по ноосферным знаниям, физико-математическим наукам, прогнозному управлению, экономике, социологии и т.д. Один специалист – Прокопишин был заявлен как психолог, но оказался психиатром с 10-летним стажем и с высоты своего опыта, видимо по привычке, всё рассматривал через призму своей наработанной практики. Всё толкование Учения Григория Грабового и его последователей было дано в клинических терминах.

Что касается второго эксперта Кудеяровой, то она оказалась историком по Латинской Америке со стажем 12 лет, хотя была заявлена как социолог. И подтасовка с её стороны идёт сразу. Она даёт определение корпорации, расшифровывает в скобках «объединение, союз» от латинского, а анализ даёт его крайнего значения, корпорации как преступной организации. Как правило, в каждом словаре даётся несколько значений одного слова, здесь берётся недоказуемый крайний вариант. То есть «эксперт» просто навешивает ярлык на движение Грабового - это преступная организация. Уже просто потому, что это корпорация. Здесь всё достаточно просто, логика просто железная...

И потом всё, что ещё требуется доказать, и на какие вопросы экспертам ответить, сле­дователем Бреевым при формулировке вопросов уже доказано: и преступный мотив у Грабового, и обман, и злоупотребление доверием, и что Учение Григория Грабового – это всего лишь «учение» в кавычках. Экспертам оставалось только запихать чего-нибудь в эти кавычки, добавить приставку псевдо- , и дело сделано. Все поездки Григория Петровича – это, цитирую – «гастроли», а вся его деятельность – это «псевдодвижение», «псевдоучение», «псевдоэкономика», «псевдотехника» и т.д., я цитирую...

Поэтому я считаю, что уже только одно это юридически способно аннулировать ценность их экспертизы. Это явный оговор, непрофессионализм и, вообще... просто нет слов...»

– Ваш комментарий как социолога ситуации в целом?

«Если говорить в целом о процессе, то суть конфликта, на мой взгляд, заключается в том, что Григорий Грабовой вступил в противоречия с властью, нарушил правила игры, по которым сегодня играют наши властные структуры. Он проявил большую долю свободы и, зная, что это не будет приветствоваться, он сознательно на это пошёл...

На следующем этапе, может быть, случай его одиозного преследования будет как раз неким первотолчком для оздоровления внутренней ситуации в социуме. Но пока ситуация ещё не вызрела. Социум ещё не готов. Я, конечно, с большим уважением отношусь к гражданскому обществу, но в России его пока нет. Это почти как в анекдоте: гражданское общество у нас объявлено, а граждан не завезли..."

Андрей Полетаев, доктор наук, Институт молекулярной биологии, город Москва: Как известно, суд резко оборвал выступление стороны защиты.

«На этом процессе я выступал в роли эксперта, хотя надо сказать, рамка прицела была сбита или мне её сбили - не знаю, как лучше сказать... Дело в том, что я договаривался с адвокатом, что буду давать комментарий по биологической и медицинской части, а меня тут же начали вытаскивать, чтобы я про технические разработки Григория Петровича рассказал – про кристаллический модуль и про прибор, на основе которого он был изобретён – Политрон.

Я сказал, что, конечно, готов объяснить принцип работы кристаллического модуля, но для того, чтобы это сделать, я должен напомнить судебной коллегии азы элементарной квантовой механики, а именно – уравнение Шрёдингера. После этого судья замахала руками - чур меня, чур... фамилия, видимо, всё-таки грозная. Так вот, судьи попросили меня объяснить, как работает этот прибор, который создал Григорий Петрович. Я говорю, вы понимаете, что сложные вещи нельзя простыми словами объяснить. Это нужно говорить про двунаправленность времени, про непроявленную реальность, которая в физике существует. В современной физике элементарных частиц рассмотрение всех процессов идёт в 11-мерном пространстве, а отнюдь не в 3-4-х мерном, на которое наше бытовое восприятие настроено.

В Политроне и в кристаллическом модуле достаточно непростые квантовые волновые процессы организуются таким образом, что они позволяют проводить визуализацию не только тех событий, которые будут в некотором будущем, но и, кроме того, определённым образом управлять этой непроявленной будущей реальностью. Но развить эту тему суд не дал. Вообще, на эту тему собирался выступить профессор Никитин, академик РАЕН, создатель Политрона – того прибора, который Григорий Петрович усовершенствовал до кристаллического модуля.

Однако, как известно, суд резко оборвал выступление стороны защиты. Я думаю, что это не в их интересах, потому что, на мой взгляд, перед судом не стояла задача докопаться до истины. Одна из частей этой процедуры – это ловить свидетелей на каких-то формулировках. К примеру, у них есть формулировка, которую они и на мне отрабатывали: «Вы заинтересованы в исходе дела Григория Грабового?» Если человек говорит, что он заинтересован, то он вообще отметается как специалист и как эксперт. Если он говорит, что он не заинтересован, то это всё равно враньё, потому что того или иного типа заинтересованность существует всегда, иначе, зачем я вообще в этот суд бы пришёл?!

И вот я стал выяснять, а что суд подразумевает под словом «заинтересованность»? Я могу, допустим, быть заинтересованным лично в том, чтобы Грабовой мне денег дал, которые по мнению прокуратуры, он присвоил. Или я рассчитываю заработать на нём деньги, когда он выйдет и т.д. Вот такая может быть заинтересованность. Другая заинтересованность – человека и гражданина. Заинтересованность в позитивном исходе этого дела. Уточнить смысл термина «заинтересованность» просто невозможно было, они этого не допускали. Заинтересован или нет? Да или нет? Шаг влево, шаг вправо – расстрел...

Вот такого рода демагогия с элемента­ми давления, она технологически присутствует во время всей процедуры опроса свидетелей. То есть вот этой демагогической вилочкой «заинтересован – не заинтересован» они потенциально могут дезавуировать очень большую часть свидетельских показаний. Что и было сделано. Вот такие ловушки. Таких ловушек несколько. Но и этого примера достаточно».

Кому это выгодно?

Сегодня мало у кого вызывает сомнение, что дело «по мошенничеству Грабового» - заказное. Из неофициальных источников известно, что оно находится под контролем экс-президента Путина и спецслужб. В чём причина столь пристального внимания властей, которые сегодня ВЛАСТЬ и ЗАКОН в одном лице?

Версия первая

Грабовой отказался работать над заказами силовиков по проектам, направленными на разрушение, так как свою деятельность строил исключительно на созидательных принципах (насколько известно, его прогнозное управление в целях уничтожения не может быть реализовано вообще).

Такие предложения к нему поступали ещё с Ташкента, где он и начинал свою деятельность после окончания мехмата Ташкентского государственного университета. В своём выступлении на судебном допросе от 30.05.2008 Григорий Грабовой отметил, что одно из первых подобных предложений поступило, когда он работал в Ташкентском КБ Машиностроения. Речь шла о решении задач по уничтожению объектов в рамках исследовательской программы по разработке нападающих систем космического базирования. В силу исключительных способностей Грабового такие предложения ему могли поступать неоднократно...

Версия вторая

Кому-то мешала созданная Григорием Грабовым на основе запатентован­ных разработок система антитеррористической безопасности. Известно, что этот проект реализовывался в рамках политического, а затем и общественного движения добровольцев, распространяющих Учение Григория Грабового. Система включала в себя специальные цифровые наклейки и диски оптомагнитной активации, которые раздавались участникам проекта из разных уголков России, стран Ближнего и Дальнего Зарубежья.

Принцип работы системы безопасности был основан на реализации профилактического прогноза, то есть информация через диски и наклейки с разных регионов страны поступала на центральные приборные модули, с которыми уже непосредственно работали люди, обученные технологиям прогнозирования и дистанционного управления информацией. Эта программа реализовывалась на частные средства граждан, не имела государственной и финансовой поддержки.

Версия третья

Григория Грабового преследу­ют за то, что он посягнул на святая святых – идеологическую доктрину, несущую в себе культуру смерти. Его Учение «О спасении и гармоничном развитии» стало своевременным ответом на социальный протест, который проявился в массовом сознании нежеланием жить, на растущую смертность, снижение рождаемости, увеличения числа абортов и самоубийств... Заложенный в Учении принцип свободы воли позволяет от массового атеизма перейти к признанию Бога в себе как к возрождающейся доминанте общественного самосознания и утверждению культуры ЖИЗНИ в отличие от распространённой в мире культуры смерти.

Версия четвёртая

На обсуждение участниками дискуссии.

На вопрос: Почему фундаментальные принципы экологической безопасности человека, которые предлагает и реализует в своей деятельности Грабовой и его последователи, встречает такое сопротивление со стороны государства, Федеральной службы безопасности, призванной по своей сути заниматься тем же самым? – может быть несколько вариантов ответа.

Вариант 1

Федеральные службы безопасности обслуживают сегодня не интересы народа, а интересы частных коммерческих структур. Чем может быть более обеспокоена олигархическая верхушка, захватившая в результате приватизации более 90 % национальных богатств? Только сохранением этих самых богатств. До остального им дела нет.

Вариант 2

На обсуждение участниками дискуссии.

В данном деле впечатляет размах, изощрённость и жестокость проводимой спецслужбами операции. Похоже, на сторонниках Григория Грабового и на нём самом отрабатываются новые способы информационной войны – от воздействия на сознание людей через средства массовой информации до несанкционированных воздействий массового поражения и методов карательной психиатрии. К примеру, в ходе судебных разбирательств, 19 июня 2007 года Таганский районный суд города Москвы вынес определение о назначении Г.П. Грабовому стационарной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, производство которой поручено провести комиссии врачей-психиатров Государственного научного центра социальной судебной психиатрии им. Сербского.

Вышестоящей инстанцией, Мосгорсудом, она была отменена ввиду признания Грабового абсолютно здоровым и вменяемым. По мнению стороны защиты, «проверка на вменяемость» Г.П. Грабового, как и обвинение в «мошенничестве», была всего лишь очередным поводом для заинтересованных сил в показательной расправе с Г.П. Грабовым как с ученым, политиком, общественным и религиозным деятелем. Адвокаты расценивают это как тревожный сигнал к возрождению карательной психиатрии в нашей стране в отношении неугодных и неудобных власти людей.

Виктор Ельников, адвокат: Безусловно, воскрешение – понятие многозначное.

Что касается заказного характера... я могу предположить такую возможность. Просто сказать, что это заказ – это не сказать ничего. Мы ведь уже вышли из уровня 30-х годов прошлого века, когда достаточно было сказать, что это – враг народа, провести собрание и заклеймить позором.

– Вы считаете, что мы вышли из этого уровня?

Я считаю, что мы вышли. Сейчас надо доказать, что это так. Когда мы видим, что с Грабовым сейчас происходит и говорим, что это заказ... это уже столетней давности вариант, или восьмидесятилетней... Он не годится.

Заказ в смысле уголовно-криминальный? Заказ – это значит заказать какое-то действие, но это из области бандитизма потребительского общества. Поэтому, если мы говорим, что Грабового заказали, то надо уточнять. Что значит заказать? Это значит, стоит какая-то фигура, которая заплатила деньги. Это, возможно, не конкретная фигура, а обобщённый образ структуры, которая имеет средства, кому-то что-то платит, и они на неё работают. Я не располагаю материалами уголовного дела, поэтому мне трудно сказать что-то определённое, но как адвокат я внимательно наблюдал за процессом. Зная нынешнюю ситуацию с правоохранительной системой и системой государства, которая сложилась в 90-е годы, я могу предположить, что были люди, которые инициировали процесс, им как-то это было выгодно. Возможно, они действовали опосредованно: нашли людей, которым можно проплатить, и через них заварили всю эту кашу.

Хотя, возможно, это дело оказалось выгодным не только по какому-то прямому заказу. Оно может быть выгодно всей существующей системе. Если Ворсобин, ничего не зная, ничего не понимая, ничего не читая и, даже не прослушав запись диктофона, что он там сам записал на встрече с Грабовым, сочиняет ложь и при этом говорит, что он считает Грабового мошенником и от него нужно народ ограждать, то, следовательно, существует просто какое-то количество людей, которые воспринимают этот уровень знаний и умений Грабового как угрозу для себя. Здесь тогда следует разбираться, а что это за механизм, который вызывает у них такую реакцию? Ведь это даже может быть просто страх подсознательный. Они ведь могут искренне заблуждаться...

Можно, конечно, пойти по простому пути и сказать: «Это сатана, это дьявол так борется, через людей»... Или: «Идёт борьба света с тьмой». Такая персонификация тоже допустима, но от этого пора бы уже отойти, потому что сегодня мы знаем несколько больше, чем это было известно, например, 400 лет назад. Уже прошли те времена, когда всё непонятное люди выражали обобщённым образом тьмы или дьявола, которого надо обязательно сжечь на костре.

Охота на ведьм... достаточно простая вещь для удобства восприятия мира. А сейчас этого не достаточно, даже если этот подход кому-то до сих пор удобен. Если человек продолжает такой же способ персонификации процессов, обобщённый, символический создавать, то он будет больше промахов совершать в своих действиях. Точность управления зависит от других вещей.

Если подвести итог, то можно сказать, что да, вполне могут быть люди, которым это выгодно. Это могут быть представители разных общественных структур. Например, человеку, который носит в себе идею «золотого миллиарда», для которого все, кто не вхож в этот миллиард, – это, простите, отбросы и быдло, то, конечно, взгляды Григория Грабового ему угрожают. Потому что Грабовой говорит, что человек в своём сознании может сам создавать. То есть человек, по его представлениям, способен создавать материальные вещи исключительно из своего сознания или сознания коллективного...

– Ваше видение развития ситуации с уголовным преследованием?

Если выйти на уровень символов или образов, то ситуация с незаконным уголовным преследованием Грабового соответствует ситуации, которая происходит во всём нашем сознании, вообще, у каждого человека. Наблюдая за собой и за другими людьми, я пришёл к выводу, что есть как бы механизмы в сознании человека, которые голос Духа и Бога прячут в тюрьму. Вот голос, который звучит изнутри, голос Души, такой тихий, спокойный, ненавязчивый, который говорит всего один раз. Мы его заглушаем, как правило, как будто не замечаем и т.д.

В русском языке есть много слов, имеющих глубокий смысл. Я, кстати, когда разбирался со словом «совесть», то пришёл к выводу, что совесть - это как раз и есть голос души. В нашей культуре понятие совести подменяется понятиями нравственности, этики. Есть другие голоса – голос долга, традиции, обычаев, ещё там чего-нибудь. И очень часто каждый из нас этот голос души, совести старается не слушать, мы запихиваем его куда подальше, прячем, образно говоря, в тюрьму. И вот то, о чём говорил Грабовой, очень сильно напоминало мне голос моей души. И стоило человеку выйти на публичный уровень, то оказалось, что в коллективном сознании эти механизмы работают так же, как в сознании отдельного человека. То, что мы сами в себе прячем, мы и в реальности это делаем, и мы пытаемся приписать этому разные мотивы, оправдать все наши действия. Да, это не тот голос. Он зовёт к чему-то совершенно непонятному, неизвестному, и уже поэтому неправильному. И здесь уже символическая тюрьма становится настоящей...

Всё-таки тысячи людей работают по методикам Грабового в России и за рубежом, по его Учению культивируют в себе созидательное, творческое начало, а это всегда согласуется с нашей совестью, с душой, с Богом, если угодно...

И когда Грабовой говорит о воскрешении, он, прежде всего, говорит, об этом говорит, на мой взгляд. В начале было слово... Ну, конечно, это для тех, для кого сознание первично, и кто понимает, что мысль, намерение, слово всё-таки создают реальность, а не наоборот. Хотя, безусловно, воскрешение – понятие многозначное. Каждый его понимает настолько, насколько на данный момент способен его понять и принять... в силу своего духовного развития, воспитания, своей культуры, в том числе и религиозной... Всё-таки Грабовой запустил это понятие в коллективное сознание наших современников. А что это значит для Мира, который сидит сегодня на пороховой бочке, –- рассудит история».